Затянувшийся кризис: почему наука не может найти подход к лечению лонг-ковида

Спустя шесть лет после пика пандемии медицинское сообщество остается в тупике в вопросах лечения постковидного синдрома, известного как лонг-ковид. Несмотря на международные усилия и финансирование, превышающее 2 миллиарда долларов, до сих пор не существует ни одного утвержденного фармацевтического препарата или надежного диагностического теста для этого состояния.

Противоречивые данные и дефицит методов

Научные исследования демонстрируют колоссальный разброс в оценках распространенности заболевания: в одних отчетах фигурирует 3,3% населения Великобритании, в других — пугающие 51% в Южной Америке и 86% в Египте. Ситуация осложняется отсутствием единого протокола лечения. Британский медицинский журнал (BMJ) выделяет когнитивно-поведенческую терапию и физические упражнения как методы с умеренной доказательной базой. Однако на профильных международных конференциях эксперты часто предостерегают от любой физической активности, опасаясь ухудшения состояния пациентов.

Сегодня исследователи сосредоточены на гипотезах о микротромбах, нарушении работы митохондрий и персистирующих вирусных белках, однако эти теории пока не привели к прорывным результатам в клинической практике.

Столкновение парадигм

На фоне неэффективности традиционной медицины набирают популярность альтернативные методы, основанные на нейропластичности — способности мозга перестраиваться под влиянием опыта. Сторонники этого подхода, такие как члены Ассоциации по лечению нейропластических симптомов (ATNS), утверждают, что лонг-ковид может быть вызван сбоем в работе нервной системы, которая застревает в режиме «бей или беги».

• Сторонники биомедицинской модели опасаются, что психологизация болезни приведет к стигматизации пациентов и лишит их права на страховые выплаты.
• Адепты нейропластических методов настаивают, что работа с сознанием и нервной системой помогает восстановить нормальное функционирование организма, не отрицая при этом физическую природу страданий.
• Медицинское сообщество расколото: любые попытки исследований в области «разум-тело» сталкиваются с жестким противодействием, угрозами в адрес ученых и клеймом «шарлатанства».

Проблема определений

В 2024 году Национальные академии наук, инженерии и медицины США (NASEM) предложили максимально широкое определение лонг-ковида, чтобы ни один пациент не остался без поддержки. Согласно ему, достаточно наличия одного симптома из длинного списка, возникшего после предполагаемой инфекции, чтобы классифицировать состояние как лонг-ковид. Эксперты предупреждают, что такое размытое определение создает «шум» в данных, что делает невозможным проведение качественных клинических испытаний и поиск биомаркеров — биологических индикаторов заболевания.

Религиозная война в науке

Ситуация вокруг лонг-ковида все больше напоминает идеологический конфликт, а не научную дискуссию. Пациенты, столкнувшиеся с пренебрежением со стороны врачей в прошлом, категорически отвергают любые теории, подразумевающие роль психики в болезни. Медицинские работники, в свою очередь, опасаются даже упоминать методы «разум-тело» из страха разрушить свою карьеру или подвергнуться травле.

По словам экспертов, именно этот культурный климат страха и неприятия мешает беспристрастному изучению проблемы. До тех пор, пока общество будет придерживаться ложной дихотомии «реальная биологическая болезнь» против «воображаемой психологической проблемы», прогресс в лечении пациентов остается практически невозможным.